Главная Поиск Анкет Встречи и Вечеринки Секс-шоп

Правду о войне мы, пожалуй, не узнаем уже никогда. И даже не потому, что Россия – страна с непредсказуемым прошлым, а просто это правду нам некому рассказать: огромное количество документов либо уничтожены, либо никогда не будут рассекречены, а свидетельствам очевидцев, то есть участников боев, доверять – увы – не приходится. Так уж устроена человеческая память, что все страшное, не укладывающееся в рамки морали с годами вымывается из нее, как песок со дна реки.

А что может быть страшнее, чем война – узаконенное убийство людей, которых видишь, по сути, впервые и ни один из которых лично ничего плохого тебе не сделал? И уж коли преступил заповедь «не убий», долго ли перешагнуть через остальные – «не укради», «не лжесвидетельствуй» и прочие не? Да и попробуйте на четыре года лишить молодых здоровых мужчин не только дома и семьи, но и нормальной человеческой жизни вообще!

Нет, я не хочу сказать, что не было никакого героизма, не было походов в атаку за Родину (кое-кто шел вперед даже за Сталина – большевики умели промывать мозги так, что Геббельсу до них, как до Луны пешком). Ничто, никакие изыскания никаких историков не способны умалить подвиг нашего народа. А то, что сильнейшая (на тот момент) армия в мире, оснащенная по последнему слову техники и укомплектованная даже не на сто, а на тысячу процентов, воевала топорно и неумело, говорит лишь о бестолковости командования и делает этот подвиг еще более значимым. В который раз власть, положив уйму народа, выехала победителем на его, народа, шее.

Но сейчас поговорить хотелось бы не об этом. А о том, что войны уничтожает в человеке все человеческое, заставляя его повиноваться исключительно животным инстинктам. И никакому трижды фронтовику я не поверю, что на войне не страшно. Помните: «Я только раз бывала в рукопашной, раз на Яву, и тысячу раз во сне. Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне». А поэтессе Юлии Друниной, написавшей эти строки, верю. И в заградительные отряды верю. И в мародерство немцев верю. И в то, как они насиловали наших женщин, верю. А не верю я в то, что бойцы Красной Армии были все сплошь высокоморальными политически подкованными советскими людьми. Сколько произведений искусства и прочих ценностей вывезли из Германии и стран освобожденной Европы наши военачальники? А? Это ведь уже ни для кого не секрет The winner takes it all – победитель получает все – так было с древнейших времен. Победитель получает трофеи, а вместе с ними и женщин. Так что нечего удивляться зверствам немцев на оккупированных территориях. А ведь, как писали в то время газеты, «культурная нация».

Как каждый человек порядочен до определенной суммы, так каждый человек морален до определенного предела. Представьте себе нормальных здоровых мужиков, которые не видели баб целых, как минимум, два года. А если им еще вдолбить в их железобетонные головы, что перед ними недочеловеки, так почему бы этим мужикам с их помощью не удовлетворить свою похоть?

Или так: раз враг поступает с моим народом как со скотиной, почему я должен вести себя иначе? Подозреваю, что весной 1813 года в Париже русские солдаты вели себя точно так же. И это было нормально. И в этом весь ужас.

Вот что мне несколько лет назад рассказала женщина, прошедшая через оккупацию – в 1941 году ей было 16 лет. Так вот, она утверждала, что ничего худого они от оккупантов не видели. Ну, в первые дни пограбили деревню, постреляли кур и свиней – в остальном же вели себя совершенно нормально. И зазря никого не вешали и не расстреливали. Помощь партизанам – это, понятно, преступление. А что, наши в Европе церемонились с бандитами? Вот уж дудки! А рассказано все это мне было под большим секретом, потому что не подходили такие воспоминания под общую картину истории. Не подходил под эту картину и рассказ моего двоюродного деда о том, как партизаны из насиловали и убили его старшую сестру за то лишь, что та вынесла оккупанту каравай хлеба. И не потому вынесла, что радовалась его приходу, а попробуй не вынеси.

Похоть – не менее сильное чувство, чем тот же голод. Или страх. Или боль. Так вот: война – и не только Великая Отечественная, а любая – предоставляет этих чувств в избытке. И очень трудно, пройдя через ужасы войны, оставаться нормальным, то есть психически здоровым человеком. Да, война закалила характеры многих людей, но спросите любого фронтовика, желает ли он, чтобы его дети прошли такую же, как и он, школу жизни, и вряд ли он ответит положительно.

Война обнажает все черные стороны человеческой натуры, и не важно, кто победил и чье дело было правым. Не судят не только победителей, но и побежденных. Нюрнбергский процесс – изобретение ХХ века, до этого история человечества подобных прецедентов не знала, как не знала она возвращения вывезенных победителем (!) культурных ценностей с передачей их побежденной стороне. Дескать, прости, дорогой, что немножко пограбил на войне, теперь вот возвращаю. Чушь все это и бред! Война – не игра в куличики и бьют здесь взаправду, а не понарошку. И если с оккупированными территориями спустя годы еще как-то можно разобраться, и даже музейные работники всех стран, собравшись однажды, вернут друг другу все, что разворовано и отнято в годы боев, то как вернуть людям – человечность, женщинам – поруганную честь, детям – детство, а убитым – жизни?

Люди, вы что, совсем охренели? Доколе вы будете убивать и насиловать друг друга? Ни Иисус, ни Будда, ни Магомет, ни Шива или еще там кто этому не учит!!! А если и учит этому какая-нибудь партия или какой-нибудь доморощенный философ, штырь ему в забрало. Не слушайте его, люди!!! Оставайтесь людьми!!! Вот о чем нужно помнить в День Победы – праздник, священный для каждого не только русского, не только советского (или, если хотите, постсоветского) человека.

Давайте жить, радоваться небу и солнцу, траве и деревьям, давайте любить – пусть не всех, но любить. А ненависть – расовая ли, классовая ли, религиозная – разрушительна в любом случае. Сами же потом взвоете! И нет таких «святых идеалов», которые стоили бы дороже человеческой жизни. И 9 мая – напоминание об этом нам, живущим.

P.S.

Наверное, каждый задавал себе вопрос: как бы повел себя я, оказавшись на войне. Нет на этот вопрос ответа и не может быть. Ну не знает история сослагательного наклонения, не знает! Спросите любого фронтовика, легко ли убивать, и он, скорее всего, не ответит. Нет ответа на этот вопрос.

Анатолий ПЛАТОНОВ

Библиотека F4
Свинг-Дуэль